Почему Запорожец называли самой дорогой машиной? За что его любили? И почему презирали?

— Самая дорогая машина — Запорожец: на неё копят всю жизнь!

Бородатая шуточка минувших времен сегодня дойдет не до каждого. Однако же против правды не попрешь: полвека назад люди со средствами (а они были всегда) покупали не Запорожцы, а исключительно Москвичи или даже Волги. «Горбатых» же оставляли тем, кто до этого ездил в лучшем случае на мотоцикле (а чаще — на электричке), а потому втайне грезил о любых четырех колесах с крышей. На улице льет дождь, а ты сел и поехал — о чем еще можно мечтать? Скажу больше: сменить, скажем, Москвич на Волгу — это не так интересно, как впервые в жизни обрести эдакую персональную коробчонку на колесах. Это уже качественный переход, а не количественный. Потому и копили на ЗАЗы порой почти всю жизнь.

Почему «горбатые» пользовались поистину всенародным презрением, для меня загадка по сей день. Как такое могло получиться в стране сильнейшего автомобильного дефицита? Однако же — факт: самым мягким прозвищем была «консервная банка». Если у тебя мотоцикл — ноу проблем, ты мужик и у тебя все нормально. А вот если «горбатый» — фи. Тогда я это чувствовал особенно сильно: сверстники не стеснялись в выражениях касательно голубенькой машинки, которую папа купил в 1965 году. Я как раз окончил третий класс.

Негативное восприятие машинки усугублялось завываниями двигателя с воздушным охлаждением и «косолапостью» задней подвески. Кроме того, автомобильчик был двухдверным, да еще и без багажника. То, что находилось в носовой части машинки, можно было назвать багажником только условно: там прятались бензобак, запаска, грелка с водой для омывателя и набор инструментов. Поэтому со стороны загрузка в «горбатого» целого семейства с дачной поклажей действительно могла смотреться немножко унизительно: не было автомобиля, но и это — не автомобиль!

Казалось бы, что тут такого? Самая дешевая машина, стоившая как пол-Москвича, и должна быть самой плебейской. Но толпа решительно отказывала «горбатому» в признании его права на существование. А водитель любого автомобиля просто считал своим долгом сильнее нажать на правую педальку, если морда ЗАЗа вдруг начинала увеличиваться в его зеркале заднего вида. Мол, знай свое место!

Между прочим, по международным меркам «горбатый» не был таким уж маленьким. На фоне Победы или даже Москвича — да, невелик, но если сравнивать с 600-м Фиатом или каким-нибудь Моррисом Мини, то — вполне… Другое дело, что перечисленных машинок на наших улицах просто не было, а любой проплывавший рядом ЗИМ казался великаном. Но при этом ширина салона была, насколько я помню, чуть ли не больше, чем у новейших Москвичей-408 и —412. Да и ноги спереди можно было, в общем-то, вытянуть.

Но тогда я ничего этого не знал. И когда счастливый папа впервые в жизни самостоятельно добрался на «горбатом» до дачи, я залез внутрь и не вылезал до самого вечера. Любопытно, что спустя семь лет, когда Запорожца сменил суперавтомобиль тех времен — ВАЗ-2101 — я этого уже не делал. То ли вырос, то ли ушло ощущение первого в жизни автомобиля, в котором можно было захлопнуть дверь и тем самым отгородиться от внешнего мира. А тогда, сидя в «горбатом», я выучил назначение всех рычажков и ручек (обозначений никаких не было), долго держался за руль и мысленно представлял, что когда-нибудь я выеду на лучшую дорогу — тогда в моем понимании это была Московская кольцевая — и разгонюсь до сумасшедшей скорости в 120 км/ч. Именно столько предлагала оцифровка спидометра. Забегая вперед, отмечу, что один раз стрелка «горбатого» добралась до отметки 105 км/ч. Кстати, одометр был шестизначным, поскольку измерял расстояние с точностью до сотен метров. Владельцы других машин почему-то в это не верили и снисходительно поясняли, что истинный пробег нашего Запорожца в десять раз выше, чем нам кажется.

Главным достоинством «горбатого» в спорах со сверстниками я объявлял его высокую проходимость. Второе место после ГАЗ-69! С этим никто не спорил, а я гордился своей выдумкой, хотя уже и не помню, как до нее додумался. Про независимую заднюю подвеску и V-образный агрегат я тогда не распространялся, потому что абсолютно в этом не разбирался. Впрочем, про солидный клиренс в 175 мм тоже не знал. Зато знал, что мощность мотора — 27 л.с., а требуемый бензин — А-72. Про экономичность я почему-то тоже не думал.

Но, к сожалению, наш «горбатый» обладал омерзительным характером и хилым здоровьем. Он просто притягивал к себе всевозможные проблемы — в том числе и немыслимые для других автомобилей. В частности, когда какой-то пузатый гаишник потребовал подвезти его до поста, а пассажирскую дверь при этом прикрыл кое-как, то она вскоре распахнулась, повернувшись на 180 градусов. Напоминаю: на «горбатом» двери открывались назад, а не вперед, как у той же Волги. Слабенький ремешок-ограничитель не выдержал и тут же оторвался, а дверь и кузов оказались помятыми. Гаишник произнес неприличную фразу, но извиняться, естественно, не стал. Дескать, это машина дрянная, а не я. 

Отдельная песня — про перегрев. Явление было массовым — вид «запора», задний капот которого подперт какой-то распоркой, никогда никого не удивлял. Возможно, отчасти была виновата летняя жара и дачные поездки с поклажей: ведь в холодное время года на машинах ездили тогда единицы. Говорили, что во всем был виноват грязный моторный отсек, но что-то мне в это не верится. Никаких масляных корок, удобренных грязью с пухом, у движка нашего горбатого точно не было. Штатные воздуховоды тоже никто не выкидывал. Если сегодня кто-то сможет грамотно расставить акценты в этом вопросе — welcome!

Это еще не всё. Хотя годовой пробег (сугубо летний) нашего автомобильчика не превышал 7000 км, он умудрялся постоянно ломаться, и всякий раз — капитально. То полуось, то коробка… А ремонтироваться негде. Волгари успешно общались с таксопарками, а куда податься на больном «горбатом»? Впрочем, вспоминать про это даже не хочу.

Сегодня, проглядывая публикации по «горбатым», с удивлением вижу, что их называют надежными. Ну, не стану спорить — в конце концов, мои воспоминания касаются только конкретного автомобильчика с номером 23–59 МОТ (даже это помню!). Другие же отмечают такие достоинства, как прочная подвеска, серьезный клиренс, жесткий кузов и автономный отопитель. Но вот по двигателю в Сети царит единодушие: мол, ходит не более 50 тысяч километров до среднего ремонта. Передняя подвеска также считается хлипкой.

Любопытно, что лично знаю как минимум двоих, кто эксплуатирует «горбатых» и сегодня. Автомобильчики сохраняют для владельцев пригретые места в тесных дворах. Алгоритм простой: приехал на «нормальной» машине, завел «горбатого», ткнул его мордой в помойку или куда-то еще, припарковался на освободившееся место и пошел домой. Еще один читатель сообщил, что держит «горбатого» под окном, чтобы каждое утро доезжать на нем до парковки с хранящейся там «вольвой», а вечером приезжать обратно. Ну что тут скажешь — жизнь сегодня такая.

Между прочим, «горбатые» довольно часто мелькали в кино — но, как правило, для эпизодического смеха. Дескать, появился Запорожец — готовься смеяться: нормальный человек на таком не поедет.

Тот же подход видим с Пирсом Броснаном в роли агента 007. «Горбатого» выбрали явно для издевки. Хотя в фильме и прозвучала фраза типа «Она меня никогда не подводила».

Единственная, пожалуй, положительная роль досталась бедолаге в знаменитом «Три плюс два», где две симпатичные дамочки прикатили на нем к южному морскому побережью, чтобы нарушить мирный отдых троих джентльменов, прибывших туда ранее на солидной Волге.

Какие еще были фильмы? Навскидку — «Ларец Марии Медичи», «Сумка инкассатора», «Сыщик». Но самый классный, на мой взгляд, эпизод, длительностью в несколько секунд, ЗАЗ-965 выдал в фильме Иосифа Хейфица по одноименному рассказу Павла Нилина «Впервые замужем».

Напоминаю — несчастная, никому не нужная женщина, которую выгоняет из квартиры даже собственная дочка, под конец фильма неожиданно встречает немолодого порядочного человека. И вот, когда она радостно спускается со своим узелком по лестнице, хлюпающая носом доченька с интересом подглядывает в окно: как же, ведь мама выходит замуж за мужика, у которого есть Машина! И видит, конечно же… Чайку: ведь всё остальное — это, по ее мнению, не машины. Но из-за Чайки вдруг гордо выезжает «горбатый», увозя двух людей, которым хорошо вдвоем.

Напоследок — пара фактов из нашей с «горбатым» биографии. Как-то мы с папой заехали в школу, где работала мама. И вышло так, что вместе с ней вышла директриса той же школы — хорошая, умная женщина. Она попросила подбросить ее до метро — ну, сели и поехали. Но юмор был в том, что директриса была замужем за очень большим начальником, а потому в машинах уровнем ниже Волги никогда в жизни не ездила. Сначала она честно молчала, но затем все-таки поинтересовалась:

— Владимир Петрович! А почему она так прыгает-то?

А приговор «горбатому» вскоре вынес генерал из ЦНИИ МО, где отец прослужил полжизни. Генерал вылез из служебной Волги правильного цвета, лично проследовал вдоль ряда припаркованных машин к синенькому горбатенькому изделию, и сделал отцу замечание:

— Товарищ Колодочкин! Вы же ученый и офицер! Не позорьте ВВС!

На дворе было начало семидесятых, а потому институтская стоянка ежедневно меняла свой имидж в пользу сверкающих и мощных вазовских «единичек»… В июле 1972 там прибавилась и светло-голубая машинка, которая, после «горбатого», казалась высокоразвитым инопланетянином.

Но все познается в сравнении.